• Введение
  • История Афона
  • Начало
  • В поездку
  • На Афон!
  • Обители Святого Афона
  • Юго-восток
  • Вдоль северного побережья
  • Западное побережье
  • И напоследок
  • Краткий разговорник
  • Телефонный справочник
  • Святогорские панигиры
  • Иконы Афона
  • Афонские святые
  • Афонские старцы
  • Паисий Святогорец
  • Паломничество на Афон (впечатления, отзывы, отчёты)
  • НА АФОН!

    "Нашему взору представилось умилительное, редкое, если не единственное, зрелище, в котором творческая рука Небесного Художника была видна во всём неистощимом разнообразии неподражаемого совершенства и Божественного величия... "

    Утро. Долгожданный час посадки на паром. Билетная касса находится справа от пристани. Попав на судно, старайтесь занять свободное место на верхней палубе, откуда открывается лучший обзор.

    Но вот отданы швартовы, и паром, сопровождаемый стаей чаек, отходит от пристани. Живописные картины сменяют одна другую: впереди – седой Афон, левее медленно проплывают поросшие средиземноморской растительностью холмы, вздымаются из моря дикие скалы, кое-где виднеются руины заброшенных келий.

    Нашему взору представилось умилительное, редкое, если не единственное, зрелище, в котором творческая рука Небесного Художника была видна во всём неистощимом разнообразии неподражаемого совершенства и Божественного величия... Светлый туман, лежавший на Святой Горе, исчез под жгучими лучами полуденного солнца, и только лёгкие облака царственным венцом носились над нею и то перевивали её живописные скаты, то расстилались чуть заметною полосою по воздушным высотам, терялись и тонули в их беспредельном и недосягаемом для взора пространстве... Что я чувствовал в первые минуты моего обозрения Афона, его заоблачных высей и исполински тянувшегося хребта его в волнах зелени, с рисующимися по прибрежью обителями, а по холмам и низменностям – пустынническими кельями, – этого не могу передать вам: это невыразимо!

    Иеромонах Сергий (Веснин). «Письма Святогорца к друзьям своим о Святой Горе Афонской». Москва, 1895

    Русскому паломнику, естественно, хочется сразу оказаться в русском Свято-Пантелеимоновом монастыре. Но мы рекомендуем поступить иначе. Первая по ходу парома обитель – монастырь Дохиар, в нём хранится великая святыня – икона Божией Матери «Скоропослушница». Если вы минуете пристань этого монастыря и направитесь прямо в Русик, то в Дохиар, скорее всего, пойдёте позже, но уже пешком. Сойдя с парома у Дохиара, вы сможете сэкономить три часа и сократить свой маршрут на семь километров.

    Загрузить увеличенное изображение. 1000 x 664 px. Размер файла 141477 b.
 Архондарик монастыря Филофей
    Архондарик монастыря Филофей
    Первое, что следует сделать паломнику, пришедшему в святогорский монастырь, – это найти архондарик (ищите греческую надпись «APXONTAPIKI» – так на Афоне называют помещение для приёма паломников). Там вам предложат традиционное угощение: рюмку местной водки (ракии или узо), кофе, холодную воду и лукум. Здесь же следует записаться в книгу для посетителей и, если вы пожелаете остаться на ночлег, сообщить об этом архондаричному. Также заранее следует сказать о своём желании исповедаться или причаститься. Имейте в виду, что с заходом солнца монастырские ворота закрываются до утра.

    Вообще, если вы приходите в тот или иной монастырь не на час-два, а с ночёвкой, то посещение богослужений и трапезы подразумевается само собой. Богослужения обычно совершаются по правилу: Вечерня и Повечерие вечером, Утреня и Литургия – утром. Перед праздниками обычно служится Бдение (греч. «агрипни́я»), которое можно назвать Всенощным в самом прямом смысле этого слова – оно служится всю ночь и отделяется от Литургии только очень кратким перерывом. На наиболее почитаемые в обители праздники служится Всенощное бдение, которое может продолжаться до 14 часов кряду.

    Загрузить увеличенное изображение. 1000 x 664 px. Размер файла 143281 b.
    Неизгладимые ощущения останутся у паломника, если ему удастся побывать на афонском панигире́ (престольном празднике). Для каждой обители это главное событие в календарном году, подготовка к которому занимает ни одну неделю. Служба продолжается много часов подряд, с одним или двумя небольшими перерывами. Подготовка трапезы для панигира дело очень сложное и ответственное. Всем в трапезной места не хватает, так что во дворе ставятся дополнительные столы. Пища также часто готовится в огромных котлах под открытым небом. Если день не постный, то это, как правило, рыба. В противном случае можно отведать самые неожиданные блюда и их сочетания: например фасоль с осьминогом.

    Святогорские панигиры.

    Но прежде всего панигир - это трапеза не материальная, а духовная. Обычно монастыри приглашают к себе лучших певчих из афонских монахов-пустынников (Данилеев, Фомадов). Прибывают епископы, делегации от всех монастырей Святой Горы.

    Завтра праздник. Било приглашает к бдению. Оно уже возвещает начало праздника: на Афоне нет астрономического счета часов, здесь живут по византийскому богослужебному времени. Как в книге Бытия: «И был вечер, и было утро: день один» (Быт.1;5). День начинается вечером, вечерней службой. Хотя на западе ещё догорает полоска света, монастырский двор уже погружён в тихую тёплую тьму, сочащуюся из всех углов. В церкви горит несколько свеч и лампадок перед главными иконами. К иконам подходят неслышно, прикладываются и занимают свои места у стен. «Благословен Бог наш…» Начинается церковная молитва. Следует псалом о сотворении мира, бодрый, радостный (Пс.103). Мир заполняется жизнью, даже «вино веселит сердце человека» сердце кипит от благодатных сил. Высокий молодой монах, следуя какому-то ему одному известному распорядку, зажигает одну за другой свечи и лампадки. Паникадило горит и сверкает, подсвечники взметнулись к куполу, сияние качается в поющей церкви. Небесная радость молитвы усилена радостью света. Как тепло в ещё невинном мире... Голос диакона свеж и звонок. Идёт великая ектения, молитва соборности всех Божиих творений. Потом стихира на «Господи, воззвах...» Завеса на Царских Вратах ещё не убрана, богослужение движется в пространстве земного мира, потерянного рая. Вечерня, часы, утреня, литургия. С небольшим перерывом великая праздничная служба медленно тянется сквозь ночь.

    Загрузить увеличенное изображение. 1000 x 664 px. Размер файла 208716 b.
    Всё тот же высокий монах, следуя своему таинственному распорядку, гасит свечи и лампады. Оставляет только предписанный Типиконом минимум. Читаются покаянные псалмы, тьма объяла нас ещё сильнее, богослужение постепенно подводит нас к Страшному Суду. Какой контраст со страстными, живописными картинами, вдохновлёнными Апокалипсисом: кромешная тьма так сгустилась, что даже звук с трудом пробивается сквозь неё. Поразительно скорбное молитвенное чтение доходит до сознания из какой-то страшной глубины. Один монах научил меня прежде, что в этом месте нужно молиться так: «Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного, и в день Страшного Суда». Как немощны человеческие мысли в абсолютной тьме и тишине. Это опыт, который свидетельствует и предупреждает больше, чем громогласные трубы и пламя, бьющее из распахнутых челюстей ада. Оставленность и неизвестность загробных мук и тьмы, времена, когда Истина искажена и скрыта под наслоениями греха и забытья. Откроется ли когда-нибудь эта Истина? Выберемся ли мы из этой страшной ямы? Это опыт встречи со своей собственной жизнью, радикальное испытание – истинна ли она?

    Из этого провала нельзя выйти быстро и легко, даже через самую набожную монастырскую литургию. Долго и ритмично сменяются мольбы и пение, псалмы и вариации на их темы, тропари и кондаки к празднику. Медленно входит в церковь свет. По светлой гальке стихир утренняя служба течёт к заре, к литургии. Вся радость от заново призванного творения мира и жизни, вся печаль о потерянном рае, всё изумление перед святыми, прославляемыми в тропарях и кондаках, – всё обретает свой окончательный облик, свой полный смысл в евхаристической службе жертвой и любовью дарованного бытия. «Всякое ныне житейское отложим попечение...» Во время Херувимской песни в густом облаке ладана храм начинает кружиться, свет трепещет и блещет новым сиянием, трёхнефная церковь окончательно отделяется от земли и движется по своим небесным стезям. Давешний оживлённый разговор двух хоров получает новый импульс. Служба больше не тянется медленно к своему концу, а летит по спирали ко всё более ясной цели. «Святая святым...» – и выходит ангелоподобный священник с чашей кипящей пурпурной крови в руках.

    Горы в дымке, жемчужное утреннее море под нами. Благоухает освящённая кутья.

    Не торопясь и не оступаясь, вся гора Афонская, вместе со своими обитателями, мирно держит путь в Царство Небесное.

    Павле Рак

    Загрузить увеличенное изображение. 1000 x 669 px. Размер файла 142697 b.
 Призыв на службу
    Призыв на службу
    В разных монастырях богослужения начинаются в разное время; о приближении службы вы узнаете по ритмичному стуку в специальное деревянное било, которое на Афоне называется «си́мантрон». Инок, несущий это било на плече и постукивающий в него деревянным молоточком, обходит монастырский двор за пять-десять минут до начала богослужения.

    Трапезы вне постных дней во всех обителях две: одна после Литургии, вторая после Вечерни. Отношение к трапезе на Афоне самое серьёзное; по сути дела, это продолжение уставного богослужения. Естественно, трапеза начинается и заканчивается молитвой; вкушать пищу начинают и заканчивают по знаку, подаваемому игуменом, то же касается и приёма вина. Во время трапезы разговоры запрещены, все слушают чтение, чаще всего – жития святых.

    Загрузить увеличенное изображение. 1000 x 664 px. Размер файла 141702 b.
 Трапезная монастыря Дионисиат
    Трапезная монастыря Дионисиат
    На трапезе по временам бывает и свежая рыба, когда домашние рыбаки (схимники тоже) изловят её в море. Замечательны октоподы – детёныши исполинских спрутов. Вид их безобразен, мясо вкусно, но грубо. Их едят здесь и в Великий пост, поскольку они не относятся к роду рыб. Рыбу, а тем более животных, ловят удивительной величины, тяжести и вида. Есть также раки, ёжики, пинны, род морских черепах, в которых находят жемчуг, и питалидки или что-то вроде устриц. До всей этой морской дичи греки необыкновенные охотники, но мы боимся самого её вида.

    Всё, что производят местные сады монастыря, также подаётся братии на стол: нередко бывают винные ягоды (фиги), лимоны и померанцы (вместо уксуса), орехи разного рода, апельсины и виноград. Если прибавить к этому постоянно прекрасный пшеничный хлеб, вы скажете, что это панское житье. Не панское, а райское, потому что всё, что бывает на трапезе, бывает без излишества, в меру, так что мы выходим из неё ни сыты, ни голодны, следовательно, способными во всякое время и на молитву, и на послушание.

    Иеромонах Сергий (Веснин)

    Афонская еда на первый взгляд во многом похожа на нашу обычную мирскую постную кухню. Что же придаёт ей неповторимый вкус? Монахи используют редкую приправу – молитву, сопровождающую каждое приготовление пищи.

    Вообще на Святой Горе без молитвы не совершается ни одно дело или послушание. Во время сезонных работ (например, чистки фасоли и сбора маслин) часто читают акафист Пресвятой Богородице. Многие иноки совершают непрестанную тайную молитву по чёткам. Творить Иисусову молитву они призывают и мирян.

    Загрузить увеличенное изображение. 1000 x 664 px. Размер файла 154515 b.
 Костница монастыря Дионисиат
    Костница монастыря Дионисиат
    После вечерней трапезы и перед Повечерием в центр соборного храма паломникам выносят для поклонения ковчеги с частями Животворящего Креста, мощами Святых и другими святынями. Эти ковчеги открыты, святыни издают дивное благоухание, и можно приложиться к ним непосредственно, без защитного стекла. Если вы захотите уточнить, что за святыня находится перед вами, не стесняйтесь спросить: «Ти и́нэ авто́ ?» (что это ?). Вас поймут и постараются разъяснить.

    Святая Гора – огромное кладбище, необычное кладбище. Повсюду: в домах, в кельях и пещерах, в церквях хранятся мощи святых, и повсюду же – кости их прежних обитателей. В келлии с провалившейся крышей, стены которой ещё сопротивляются стихии, или в далёкой пещере путник часто набредает на кости, тщательно сложенные, а может быть затянутые паутиной, собранные в мешок, в пластиковый пакет, или подвешенные к косяку. Это последняя память о прежних жителях. Каким-то чудесным образом эти кости не наводят на грустные мысли, даже наоборот – значит, место не заброшено.

    Афонские чайки – одно из первых ярких впечатлений паломника о Святой Горе
    Афонские чайки – одно из первых ярких впечатлений паломника о Святой Горе
    Повсюду витающая смерть кажется как бы отсутствующей именно в силу своей нарочитой неприкрытости и повсеместности. Афонское бесстрашие перед смертью – не что иное, как последовательно понятая и пережитая мука Христа о месте человека в мире. Христианин всегда в странствии, в промежутке, на пути к цели, находящейся по другую сторону жизни. Жизнь сама по себе, без этой потусторонней перспективы, ничтожна. Жизнь, ставшая самодостаточной, и есть та страшная «вторая смерть», смерть души, от которой нет спасения. Чтобы стяжать жизнь вечную, монах, да и всякий христианин, должен сначала умереть для этого мира. Умереть на всю жизнь! «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрёт, то останется одно; а если умрёт, то принесёт много плода. Любящий душу свою (т.е. жизнь – авт.) погубит её; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит её в жизнь вечную». И святогорец тем и занят: упорно и постоянно умирает для этого мира. Он умерщвляет страсти, хоронит пустые желания и праздные мечты. Только «смертью побеждается смерть». И ещё: святогорец «держит свой ум во аде и не отчаивается», поскольку у ада нет власти над воскресением.

    Павле Рак

    Фомады Блажени…
    СкачатьMP3
    (MP3 файл. Продолжительность 4:41 мин. Размер 5.7 Mb)

    Василики Ралли. Лесбосские мученики

    Эта необычная книга написана простой греческой женщиной – непосредственным участником удивительных событий, происходивших во второй половине двадцатого века на Карейской горе острова Лесбос: сны, видения и сверхъестественные явления отняли покой местных жителей и насторожили священноначалие, ибо Бог избрал необычный способ, чтобы явить миру Своих неизвестных святых – Святых новомучеников Рафаила, Николая и Ирину, пользующихся необыкновенным почитанием верующих во всём православном греческом мире.